Часть Вторая – Здесь (Западное Полушарие)
ПРОЛОГ – ПАРА СЛОВ ЧИТАТЕЛЮ
Почему-то нелегко начать писать «Всплески» Часть вторую.
Возможно, прошло ещё недостаточно времени, чтобы переварить важные события жизни, или наоборот, слишком мало времени ещё потрачено на то, чтобы память придала всяким мелочам прошлого «важный» смысл, стоящий художественного описания.
А может, мозаика событий приняла такой характер, что печаль исхода тормозит процесс их описания? Пока не знаю. Но нередко вспоминаю роман Джозефа Хеллера «Что-то случилось». Кто не читал – рекоммендую. Вижу много сходства в наших с автором мыслях и восприятии мира…
Тем не менее, по первой части «Всплесков» помню, что казалось бы навсегда забытые события и переживания всплывают в памяти, когда о них интенсивно думаешь. Надеюсь, что так же будет и со второй частью.
ГЛАВА ПЕРВАЯ – ВОТ МЫ И В НЬЮ-ЙОРКЕ! ПЕРВЫЕ ВСТРЕЧИ И ВПЕЧАТЛЕНИЯ
1
Перелёт в Америку на меня впечатления не произвёл. Не то что что он мне как-то не понравился. Наоборот, это был рейс наилучшего качаства из моей жизни ТАМ, как по услугам и заботливости экипажа, так и по общему радостному настроению. К счастью, мы избежали длительной эмиграции через Вену, Рим, очередей на допуск в США, бедности, вынуждённой спекуляции и всяких других неприятных ощущений, которыми позже со мной делились знакомые.
Мы как по мановению волшебной палочки перелетели «из пункта А в пункт Б», где нашу маленькую семью встречала небольшая толпа родственников и друзей. Мы нескоро вышли из отдела таможни и паспортного контроля, где у Аны таки нашли нелегальный для импорта в США товар – недоеденный банан, конфисковали его и поместили в мусорный контейнер.
Помню, что папа волновался, суетился, бегал узнавать, почему всё так долго, но всё при въезде было как обычно. Помимо папы меня встречали тетка Лия и её семья, и мой друг Саша, который специально прилетел с Западного побережья, чтобы встретить своего брата днём раньше и меня – сегодня.
Ехали на несколких мешинах к папе домой – в стандартную двухкомнатную или, как здесь говорили, односпальную квартиру, где стол уже был накрыт. Рима, взволнованная первой после многих лет встречей со мной, была приятно поражена моим галантным обхождением вместо воображаемой враждебности.
«Завтра на Близнецы подниматься вторай раз, извини, сил нет. Вчера с братом мы уже поднимались, – сказал Саша. – Это удовольствие тебе ещё не раз выпадет. Пошли лучше в ресторан. Завтра я приглашаю всех друзей и бывших сотрудников в одно приличное место в городке, где я работал в IBM и где купил свой первый дом».
Я тогда ещё не знал, что это называется «американской мечтой» – иметь свой собственный дом. Пока что меня устраивало любое сносное жильё, о чём речь пойдёт впереди.
Мы, отгудев встречу, на которой все гости-эмигранты от души желали нам успехов в новой жизни и, главное, трудоустройства, свалились спать: Ана – на раскладушке, а мы, как обычно, на диване – широком и удобном как в Москве.
2
А на следующий день мы обедали в нашем первом америкнском ресторане. Сколько ещё их будет! Нас удивил стиль подачи – вначале салат в мисочке, которая уже стояла на тарелке каждого гостя, потом главное блюдо – мясное или рыбное – ао выбору и, наконец, чай-кофе с тыквенным пирогом. Тогда нам казалось, что этой еды недостаточно, однако оказалось вполне сытно и вкусно. А сейчас я удивляюсь, как мы могли столько съедать на наших грузинских лукулловых пирах.
Здесь мы встретились со старыми друзьями-физиками: Гришей, с которыс мы ловили раков на Базалетском озере, и Олегом. Обе семьи уже успешно устроились, работали и радовались новой жизни. Кроме того было немало Сашиных сотрудников – бывших математиков из СССР и американских математиков – членов общины, принявших советских эмигрантов. Что сказать: горизонт выглядел чистым…
3
Дом, в котором проживал мой папа, принадлежал группе из шести зданий, образующих внутренний зелёный двор, где взрослые выгуливали собак, а дети играли в свои детские игры. Но поскольку Ана ещё не обзавелась друзьями, а собаки у нас не было, то мы решили прогуляться в ближайший магазин готовой одежды, в Мэйсис. Это был наш первый самостоятельный поход в Америке.
Внутри было… красиво. Тогда ничего подобного в Москве не существовало. Отдельные успешные модельеры творили свои произведения искусства, а полки и вешалки в универмагах были заполнены «барахлом», да и то – не все.
Здесь же таваров было «видимо-невидимо», что очевидно создавало аналогичную проблему – как найти то, что тебе подходит по вкусу.
В магазине, когда мы рассматривали женский брючный костюм на манекене, к нам подошла продавщица и спросила: «Чем я могу вам помочь?» Мы поулыбались и помотали головами, мол ничего не нужно и продолжили свою беседу, не обращая внимания на её присутствие. Лиля указала на костюм и сказала: «Превосходно сшит». Я не мог не сошласиться: «Факт!»
Глаза продавщицы расширились. «О, Боже» – сказала она и развела руками. Только потом до нас дошло, что мы, приличные с виду мужчина и женщина, грязно ругались, употребляя популярнейшие в Америке слова «шит» и «фак».
4
Разобравшись с окрестными магазинами и убедившись, что в них есть всё, что требуется для современной жизни, мы решили совершить первую поездку на метро. Здесь оно называлось подземкой, было простым в оформлении и… грязным. Местами по концам платформы стоял запах разлагающейся мочевины. Правда, замечу, что тридцать с лишним лет спустя стало много хуже… запах распространился на любые места и даже в вагоны поездов. Там горел яркий свет, скамейки были разноцветные, а стены вагонов, помимо рекламы, украшали афоризмы разных поэтов (по инициативе Иосифа Бродского), сглаживая мрачноватую атмосферу подземки.
Папа с Римой очень волновались, как мы поедем в Бруклин, совершенно не зная сложной схемы здешнего метро. Но мы даже не понимали, в чем проблема после знакомства с метро Москвы и Ленинграда. И действительно, везде висели огромные схемы линий и станций, а турникеты были такими же. Словом мы бесстрашно покатили в неизвестный нам Бруклин. Ехали долго, часа полтора; главной проблемой было – не пропустить пересадку или выход.
Но мы добрались без всяких приключений. А ехали мы в гости к Майкиному однокласснику, которому отправили багаж на мой билет, так как он был «нелегалом». Это он разузнавал у Саши, что учить, чтобы добиться высоких позиций в программировании. Как вы помникте, по первой части, Саше очень понравился его подход, который приеёс свои плоды, но об этом позже.
А пока мы отобедали вчетвером по-домашнему и пошли в подъезд, смотреть «местные достопримечательности». Ими оказались следы пуль от недавней бандитской перестрелки. Старшее поколение этим пугать не следовало…
5
Но всё это наблюдения и развлечения первых трёх-четырёх дней в новом месте нашего обитания, то есть в Америке, а вот главной начальной поездкой оказалась поездка в НЙАНу.
НЙАНА – означает Нью-Йоркская Ассоциация Новых Американцев. Эта организация принимает в Нью-Йорк легальных эмигрантов из разных стран. Уже в аэропорту в день (вечер) прилёта нам раздали пакеты с документами о легальном статусе въезда и посоветовали, не откладывая дела в долгий ящик, прийти всей семьёй в НЙАНу, отдохнув два-три дня и перейдя на новое время.
Словом, вскоре мы очутились на четвёртом этаже здания на Бродвее в НЙАНе и заняли очередь на встречу со своим инструктором. Это, приблизительно как встать в очередь на коесультацию в банке или сберкассе.
Постепенно инскрукторы, одни русскоязычные, другие англоязычные, называли фамилии семей, которые следовали за ним или ней в его или её кабинет и получали там ориентацию. Это было даже интересно.
Два важнейших вопроса решались немедленно: взрослые направлялись на курсы английского языка в зависимости от уровня его знания, который определялся за две-три минуты разговора. Также им выдавался чек по $200 на каждого человака, включая детей. (Для сравнения – при выезде нам разрешалось обменять рубли на $200 на семью). Также спрашивали, есть ли медицинские проблемы. У нас их не было, а вот у Аны была астма и сломанные при падении с турника передние зубы. Обещали помочь и сообщить, куда обратиться.
Довольные ходом дел мы вышли из НЙАНы. Непривычно большая сумма денег в кармане подталкивала к действиям. Я заметил здание банка через дорогу и решительно направился в него. «Куда ты?» – со страхом спросила жена. «Открывать первый счёт в банке!» – ответил я и подмигнул. – «Я Сашу спрашивал, он разрешил ссылаться на него как на гарантора, там где потребуется».
Потребовалось немедленно. У меня не оказалось никакого серьёзного американского удостоверения личности, хотя белая карточка (право на въезд в стрвну) имелась. Самым впечатляющем для менеджера банка оказался международный диплом мастера математики и физики с моей фотографией, который мне вручил парторг университета, мой бывший приятель по Дню Физика комсорг Гоги. Всё же перестойка пульсировала, как-никак!
Бюрократия в банке была сведена к минимуму: звонок гарантору, подтверждение гарантий, и вот – мы уже вышли с элегантной чековой книжкой и банковской карточкой.
Тогда все эти слова были мне не знакомы. Дома для обычных людей этого не существовало. Но надо заметить, что новое и хорошее – всегда обнадёживают.
Nick Neim's Stories 